Экономика свадеб и кредиты в СНГ — эта тема последние два года приобрела неожиданную остроту для Украины, Казахстана и Грузии. В прошлом году рынок потребительского кредитования в Украине вырос на 38%. Каждый пятый заемщик в возрасте 25–35 лет оформлял кредит «на личные нужды» — но за этой формулировкой в большинстве случаев стояло одно: свадьба. Данные НБУ за первый квартал 2026 года свидетельствуют: средняя сумма потребительского кредита в трех странах сейчас составляет 210–280 тыс. грн (или эквивалент в национальных валютах), а пик приходится на май–сентябрь — сезон свадеб.

Парадокс? Чем пышнее торжество, тем выше вероятность, что молодая семья начнет совместную жизнь с долговой ямы, которую придется выплачивать три, а то и пять лет. И это не про отсутствие денег — это про социальное давление, кредитную доступность и психологию «праздник сейчас, а платить потом».

Март 2026 года — горячая пора для автовладельцев. Система налогообложения транспорта переживает самые масштабные изменения за последние десять лет. Сейчас мы живём на стыке двух эпох: с одной стороны, нужно закрыть долги по старым правилам (за 2025 год), с другой — постепенно привыкаем к новому налоговому кодексу РК по авто, который вступил в силу 1 января 2026 года. В этом материале расскажем простым языком о налоге на авто Казахстан, как рассчитывать налог, кто получит скидки по возрасту авто и почему отменили «налог на роскошь».

Государственный грант «єРобота» покрывает до 150 тыс. грн на старт или развитие бизнеса. Но 40% отказов получают из-за формальных ошибок в бизнес-плане: несоответствие статей бюджета, неправильный расчет налогов или противоречие целям программы. За 45 минут вы пройдете структуру, которая позволяет составить грант єРобота бизнес план, проходящий проверку Государственного центра занятости с первого раза, без трат на консалтинг.

Эпоха дешевого серебра закончилась окончательно. Если вы до сих пор рассматриваете этот металл исключительно как сырье для ювелирных украшений или как менее престижного "младшего брата" золота, вы рискуете пропустить одну из самых масштабных финансовых и технологических трансформаций этого десятилетия. В январе 2026 года мировой рынок пережил шок, когда котировки пробили психологический барьер и достигли исторического максимума в 121,64 доллара за тройскую унцию. И хотя к марту мы увидели жесткую коррекцию и снижение цены до 71–72 долларов, движущие силы этого скачка никуда не исчезли. Даже после падения серебро торгуется почти на 117-119% дороже, чем годом ранее. Мир вошел в шестой подряд год глобального дефицита этого металла. Мы подробно разберемся, почему серебро стало новой «нефтью» технологического мира и какие прогнозы по цене на серебро дают ведущие институты на 2026–2030 годы.

Что будет с курсом гривны завтра, через месяц, к концу года? В условиях четвертого года полномасштабной войны, постоянных обстрелов энергетической инфраструктуры стабильность национальной валюты кажется настоящим чудом. Но будет ли так всегда? Предлагаем детальный анализ того, что ждет украинскую гривну до конца 2026 года, какие макроэкономические сценарии рассматривают ведущие аналитики и почему доллар по 45 гривен — это не катастрофа.

В начале 2026 года давление на цепочки поставок в Евразии снова выросло: дорожают страхование и фрахт в Черноморско-Каспийском регионе, а перевозчики закладывают в тарифы риски задержек и неравномерных потоков грузов. На этом фоне порты Актау и Баку логистика оказываются в центре внимания как ключевой участок Среднего коридора, где узкие места быстро трансформируются в себестоимость экспорта и импорта. Главный вопрос: какие структурные и регуляторные факторы в 2026 году сдерживают пропускную способность и что именно можно изменить, чтобы снизить время транзита и ценовую волатильность?

В начале 2026 года, на фоне замедления роста мировой экономики и пересмотра бюджетных приоритетов в регионе, туристические доходы становятся одним из ключевых маркеров устойчивости местных экономик. Для Узбекистана особенно показательны Самарканд и Бухара: рост потока посетителей сталкивается с ограничениями инфраструктуры, кадровыми затратами и новыми правилами налогообложения и размещения. Главный вопрос — сможет ли экономика туризма Самарканда и Бухары в 2026 году конвертировать спрос в стабильную добавленную стоимость, не разгоняя ценовое давление и не теряя конкурентоспособность?